?

Log in

No account? Create an account

Чт, 7 окт, 2010, 14:06
"Идеальный мир"

Продолжаю линию флэшмоба от ув. tyrex :

Идеальный город.
Он становится виден лишь при полной Луне.
Странное преломление отражённого света рисует в воздухе парящий город: стены из призрачной дымки, крыши - небрежно брошенная молочная вуаль, окна - темнее тёмного, деревья - росчерки иглой по плёнке.
Отсюда не видно жителей, город переливается в неверном свете и определить, что за искорка там движется - человек? зверь? птица? - нельзя никак: только начинает казаться, что вот, уже увидел, - и мерцающее пятнышко растворяется в тумане.
С ночным движением Луны город медленно поворачивается: видно большое строение со стрельчатой крышей (собор? вокзал?), затем как будто стоящие друг на друге маленькие домики - пьяным строителем сделанная пагода, обломок городской стены, высокий, с башенкой наверху, затем какие-то колонны; долго смотреть тяжело - скоро устают глаза.
В действительности же он расположен чуть севернее Ирландии, на маленьком острове. Когда склеивают карты, шов всегда проходит по этому месту, спутники на миг прикрывают всевидящие глаза, пролетая мимо, а рыбаки обходят его стороной - сильный ветер не даёт подойти к берегу.
В городе не умирают и не стареют, там не бывает голода, скуки и печали. Шум и суматоха мира не касаются его стен, никакое оружие не в силах его покорить. Он принимает лишь тех, кто готов уйти - и кто встречает провожатого из города.
А если какой-то безумец решит вернуться в мир - то, лишь он коснётся земли, все прожитые годы вернутся к нему.
Такова цена возвращения.


Идеальный свист.
История боевого свиста началась в Древнем Египте. Это секретное искусство было известно лишь внутреннему кругу жрецов Амона-Ра и применялось исключительно редко. Наибольшего эффекта свистун достигал в помещении с хорошей акустикой: жертвы как минимум теряли сознание, а то и погибали от кровоизлияния. Два особых жреца-свистуна присутствовали на всех приёмах фараона: один из них имел при себе две подушечки из войлока и должен был при угрозе жизни фараона зажимать его уши, в то время как второй акустическим ударом приводил находящихся в помещении в беспамятство; сами жрецы при заступлении на дежурство заливали в уши тёплый воск для защиты от собственного оружия.
Когда своенравный Аменхотеп решил сменить богов, жрецы-свистуны покинули его, и лишь когда гонения на сторонников Ра стали невыносимыми, произошла единственная встреча фараона и жреца - для первого она стала последней, второго же, обессиленного, быстро растерзала стража.
Жрецы-свистуны не вернулись к трону, передавая тайну только своим детям и оберегая от всех посторонних.
Доподлинно известно, что, захватив Египет, любопытный и воинственный македонец Александр смог найти и убедить, золотом ли, угрозами ли, одного из мастеров боевого свиста - и уже в Индии, столкнувшись с атакой туземных воинов на слонах, Александр применил своё секретное оружие. Увы, неплотно закрытые уши не спасли полководца: даже будучи ослаблен, могучий свист подкосил его и, после нескольких дней в горячке, отправил в могилу.
Когда на Востоке зелёным огнём вспыхнуло учение Мухаммада, последние из свистунов сбежали на север, под власть императора Византии. Они служили в секретной страже, как прежде, в незапамятные времена - но в результате придворных интриг и борьбы за власть то один, то другой жрец внезапно исчезал, так что когда отчаянный русин Олег пришёл к стенам Царьграда, последний свистун - юноша, чьего отца недавно сразил кинжал наёмного убийцы, - махнув рукой, попытался примкнуть к обозу.
Увы, он лишь сменил риск внезапной смерти на рабство.
Долгие годы, проведённые в тяжёлом труде, он крепился, держал в себе, стиснув зубы, свой убийственный свист - и, наконец, после незаслуженно отвешенной оплеухи его жестокий хозяин, споткнувшись, выкатив глаза и вздёрнув руки на полпути к ушам, рухнул в пыль сельского двора.
Уцелевшие соседи - оглохли.
Оставаться в деревне было нельзя - и Ахмет (так звали последнего) скрылся в лесах под Киевом. Впрочем, жить в лесу он не мог, выйти к людям - тоже (белобрысые русы мгновенно узнали бы чужеземца), и он с тяжким сердцем выбрал единственное решение.
Первый обоз он остановил легко, а добычей питался несколько дней.
Дальше был второй, третий, десятый... Слух о страшном свистуне постепенно расползался по сёлам и городам, и вот уже путники, проезжающие мимо дубовой рощи на берегу реки, останавливались сами, лишь завидя темнокожего старика, и отдавали ему всё, что он хотел.
Дружинники не могли найти в лесу свистуна-разбойника, да и не очень стремились.

Смерть пришла к Ахмету в образе слабоумного силача.
Сейчас его назвали бы гидроцефалом, тогда же, заметив, что даже страшные удары по голове молодой Илья переносит играючи, а в драках - неустрашим и непобедим, его назвали богатырём. Возможно, дело и в возрасте: дурная слава о смертоносном свисте давно уже сделала чёрное дело, и Ахмет уже нечасто нуждался в демонстрации своего искусства.
Выбравшись из-под трупа коня, Илья, морщась, подошёл к Ахмету.
Так закончилась история идеального свиста.


Идеальный тролль.
Он живёт в пещере близ Дублина - и когда солнце покидает небосвод, приходит в город к одной вдове. Поразительно, как такая огромная, мощная фигура способна двигаться тише кошки, прятаться в тенях подворотен, а если тени нет - тушить фонари метким броском (фонарщик поутру удивляется, найдя закопчённый камешек на фитиле, и ругает мальчишек).
Придя к двухэтажному кирпичному домику с черепичной крышей, он осторожно стучит в окно, скрываясь под высоким тополем.
Вдова открывает дверь, потушив свет в прихожей, чтобы соседка не увидела гостя.
Пригнувшись, он входит, роняет вешалку (нет, он ловкий, просто мало места), подхватывает и бережно ставит.
Потом долго отряхивает разношенные большие башмаки, огромную шляпу кладёт на вешалку (и она становится похожа на мухомор с тонкой ножкой), негромко звякает умывальником и идёт в гостиную.
А там уже всё готово: чайник, бутылочка ликёра, ваза с булочками, другая - с вареньем, пара мандаринов (откуда только достала?), свет приглушён и плотные гардины закрывают улицу от хозяйки и гостя.
А что потом? А потом они говорят почти до самого утра, пока за окном не начинает петь зарянка.
Он рассказывает, как одиноко в лесу - там так пахнет!, там такие песни! такие краски! (тролли видят цвета в темноте, вы не знали?), но там нет никого, с кем бы можно было вот так запросто выпить чая. Да что там, даже чайник не поставишь: охотники увидят дымок, придут, чего доброго.
Она рассказывает о своём муже - как они встретились в порту, как он уходил за далёкие моря и привозил белый и чёрный перец, и мускат, и гвоздику, и корицу, и чай (да, этот самый!), какие у него были глаза (как море - тёмные с льдинками, когда он грустил, и ярко-синие, когда радовался), и как она нашла первый седой волосок в его курчавой бороде, и как он однажды взял её с собой на корабль, никому ничего не сказав (и никто так и не знал, кроме них и - теперь - ночного гостя), и как они вместе стояли у штурвала, а солёный и свежий ветер плескал брызгами в лицо, и кричали чайки, и вокруг было пусто от неба и до неба и от воды до воды, и море, как огромный добрый великан, покачивало их на своей ладони.
Утром, когда туман во дворе становится золотым, он уходит, лишив мухомор-вешалку его шляпки, и, прячась от первых сонных дворников и фонарщиков, бежит из города. Уже набухает красным горизонт, и он понимает, что не надо было всё-таки допивать последнюю чашку (а как отказаться, и вкусно же?), но вот - всё, ух, успел, привет тебе, дом-милый-дом, хоть ты и не дом, а пещера.
Спать, спать, спать.
Кровать из листьев, подушка из веточек, шляпа в углу, шаровары и плащик (ничего себе плащик!) развешаны на щепках в стене.

Спать, спать, спать.
Ополаскиваем чайник, убираем вазочку, и другую, и чашку, и ложечку, и задвигаем стул. Умывальник, лестница, кровать, вот мы уже почти спим.
И в последний предсонный миг мы думаем о том, что хорошо бы кто-нибудь жил в пещере близ Дублина, и когда солнце покидает небосвод, приходил в гости...


Идеальный транспорт.
Лакрифей Думц потратил двести лет жизни на изучение проблемы транспорта.
Нет, не так.
Всё началось, когда один юный студент задумался о мгновенных путешествиях. К девятому курсу они уже изучали теорию относительности, и вытекающая из неё принципиальная невозможность переместиться в нужную точку за один миг печалила молодого Думца больше, чем все прочие невозможности вместе взятые. Не то чтобы он был таким уж непоседой (хотя на пятидесятитрёхлетие, как положено, родители подарили ему тур по всей солнечной системе), но ведь известно: когда что-то сделать нельзя, этого страшно хочется - а тут даже непонятно, кто запретил: Грызенакс всего лишь открыл теорию относительности, а того, кто сделал вселенную с изъяном, пока никак не удавалось поймать за руку и объяснить, что, в общем-то, так приличные демиурги не поступают.
Сначала Думц пытался обойти запрет с помощью часов попятного времени - но быстро понял, что даже если время по прибытии останется тем же, путешественник всё равно будет вынужден ждать окончания поездки.
Ускоряться выше скорости света не получалось: Думц становился очень тяжёлым, еле ворочал мыслями и как-то раз, увлёкшись, чуть не перешёл в иное состояние, что ему совсем не понравилось.
Проколоть пространство у Думца тоже не вышло: оно упорно сопротивлялось, и всякий раз, когда Лакрифей Думц брал его на прицел своей Вселенской Иглы, оно уворачивалось и оказывалось где-то в другом месте. Собрав десяток Вселенских Игл (претенциозное название было нужно, чтобы выбить грант), Думц понял, что и здесь негодяйский демиург оказался хитрее.

***
Как-то раз, пролетая мимо одной маленькой жёлтой звезды, Лакрифей Думц обнаружил жизнь на третьей планете. Жизнь была короткая и скучная: самые высокоорганизованные существа радостно плескались в морях, а на суше потомки обезьян только-только расщепили атом об своих сородичей. Думц уже хотел улетать, но одно обстоятельство его смутило.
Время от времени сухопутные жители планеты как будто застывали: они прекращали всякое движение, закрывали оптические органы специальными заслонками, температура их тела понижалась - и так они могли находиться, по местным меркам, довольно долго - от четверти до половины суток, а кто-то - и больше.
С разумными существами связь установить не удалось: Думц им был совершенно неинтересен, их интересовала рыба, общение между собой, секс и сплетни.
Погрустнев, Лакрифей Думц решил попытать счастья с наземными обитателями. Легко декодировав псевдоречь аборигенов, ни в какое сравнение не идущую по красоте и изысканности с речью морских разумных (эх, ну почему они не захотели отвечать!), Думц узнал среди прочего о понятии, аналога которому он так и не смог найти.
Что ж, есть лишь один способ узнать, в чём там дело.

Испуганный туземец сначала издавал звуки, озадачившие и декодер, и Думца, гордившегося способностями к лингвистике.
Наконец, убедившись, что его не собираются есть, оперировать или склонять к сожительству (Думца передёрнуло: эти уродцы, похоже, считают себя самыми красивыми существами во вселенной!), пленник начал более-менее спокойно общаться.
- Ты, потомок четвероногого, трёхкратно вступавший  в интимную связь на половом органе, какого органа извлёк меня из моего жилища, где я мирно ###?!
- Где вы мирно - что?
- ###! ###, желаю тебе внезапного взлёта и падения, желаю тебе вступить в насильственную интимную связь с родителем, четвероногое, подвергшееся сексуальному насилию!

Думц затемнил стенку биокамеры и крепко задумался. Заинтересованность аборигена в разнообразии половой жизни Думца наводила на некоторые мысли - но сообщать, что до возраста вступления в брак Думцу оставалось около пятисот лет, он посчитал излишним. Более интересно было другое.
Загадочный термин в лексиконе туземцев означал ещё и "вступать в интимную связь", но это значение было не единственным...
Наконец, после множества расспросов, изрядно обогативших знания Лакрифея Думца в области способностей аборигенов к размножению, он всё-таки смог как-то понять смысл загадочного слова.
Неясным оставалось одно: что же привлекательного видят жители планеты в этом занятии.

***
Возвращение Думца в родную систему было триумфальным.
К сожалению, аборигена пришлось вернуть на родную планету - он бы просто не дожил до конца путешествия, а идею о паре разнополых особей Думц отверг, зная о их способности обильно заселять любое доступное пространство.
Но он вёз нечто намного более ценное.

Собравшиеся на трибунах коллеги Лакрифея Думца с большим интересом выслушали его отчёт о том, как на ничем не примечательной планетке возле заштатной звёздочки таился удивительный секрет - секрет, покорившийся пытливому и ловкому уму.
После этого Думц перешёл к практической части.
Закрыв глаза накладками, он замер и немного осел.
Наступила тишина.
Затем послышался какой-то звук, похожий на жужжание и посвистывание.
На датчиках и мониторах было видно, что Думц не просто стоит - он видит! Видит, хотя все его глаза были закрыты.
Микроимпульсы, проходившие внутри тела Думца, напоминали те, что возникают при передвижении - но Думц по-прежнему был неподвижен.
Ещё несколько секунд - и грянула овация.
Думц снова начал двигаться - он снял накладки и подошёл к усилителю.
- Что вы ощущали? Что вы делали? Что вы видели?
- Я был на Граахе, гулял, немного крячил селюгу. Замечательно!
- Но вы всё время были здесь?!
- Телом - да. Но тело - это ещё не всё!

И в этот момент Лакрифей Думц был счастлив, как никогда в жизни.
Он нашёл свой идеальный транспорт.


Идеальный дом 2
В твоём доме нет окон и дверей, он закрыт. В самом тёмном углу, похожий на клубочек паутины, ты сидишь, не зная счёта времени, слушая тишину, видя темноту. Когда-то всё было иначе: ты уже не помнишь - как, твоя память давно утонула в этой пустоте, - но ты знаешь, что было по-другому. Ты одинок, не зная об одиночестве, ты не издаёшь звуков, они не нужны, и ещё немного (или вечность) - и темнота и тишина станут тобой. Здесь ничего больше нет - ты не чувствуешь стен, хотя знаешь, что они рядом. Тебе тепло (хоть это лишь отсутствие холода) и уютно (хоть это лишь отсутствие помех и неприятностей). Ты замкнут без замка, а ключ потерян.
И ты знаешь, что останешься здесь, пока не пройдёт всё время.
Здесь - дом для твоего сердца, и где бы ты ни был, какой бы дом ни считал своим - он всегда останется при тебе.
Твой дом два.







Если кто-то хочет получить свои пять - спрашивайте.
UPD: Вообще, как я понял условия флэшмоба, хватило бы и одной фразы на каждую из пяти вещей - просто я увлёкся :)
(Удалённый комментарий)

Вс, 24 окт, 2010 18:37 (UTC)
bs1

Идеальный враг,
идеальный дождь,
идеальная смерть,
идеальный ужин,
идеальный рассвет.

(достаточно будет и одной фразы, хотя катание телег тоже не возбраняется =)
(Удалённый комментарий)

Пн, 25 окт, 2010 06:56 (UTC)
bs1

Спасибо! =)

Пн, 25 окт, 2010 07:03 (UTC)
bs1

А у себя разместить сможете? :)
(Удалённый комментарий)

Вс, 23 янв, 2011 16:27 (UTC)
bs1

Спасибо, рад :)